Пользовательского поиска
поиск по сайту и в Сети через Яндекс


Магдалена Рострон (Доха), "Tygodnik Powszechny", 18 ноября 2001 года

ВОЙНА ИСЛАМА ПРОТИВ НЕВЕРНЫХ

Идея террора против «неверных» в исламском этико-правовом мышлении имеет глубокие корни. Они берут начало в средневековье, когда появилась группа теологов, доказывавших, что убийство неверных, включая некоторых «заблудших» мусульман, с точки зрения Корана оправдано, ибо служит делу священной войны с христианским Западом.
Такой образ мысли получил распространение в арабском мире в XX столетии, на этот раз в сочетании с другим движением под названием Салафия. Салафиты, как и ваххабиты (строгая исламская секта, принципы которой стали официальной идеологией Саудовской Аравии), считали, что ислам должен вернуться к исходной, «чистой» форме времен пророка Мухаммеда. Осама Бин-Ладен – ваххабит, а его тексты (прежде всего памфлет «Декларация войны против Соединенных Штатов», написанный в 1966 г.) обращаются к обеим традициям, одновременно используя позднейшие избранные труды исламских фундаменталистов XX века.
Уже с 1930-х годов исламские радикалы пропагандируют борьбу с западными веяниями в мусульманских странах, а все светское им чуждо и ненавистно. С их точки зрения, нападки на демократию западного образца оправданы, а цивилизация Запада – эквивалент варварских доисламских времен.
Самым известным представителем этого движения был египтянин Саид Кутб, приговоренный египетскими властями к смерти за антигосударственную деятельность и казненный в середине 1960-х годов. В своей книге «Путеводные столбы» он утверждал, что почти весь современный ему мир, включая значительную часть мусульманского, – это опасная для ислама «джахилия». Особой критике он подверг Соединенные Штаты, в которых провел больше года и где, по его мнению, господствует полное моральное разложение. Кутб предлагал превратить Египет в теократическое исламское государство и отвергал западные идеи демократии и национализма как не отвечающие духу Корана. Светские власти Египта он считал «неверными» (а в глазах радикально настроенных мусульман – заслуживающими подавления).
Loading...

Проявлением священной войны стало покушение на египетского президента Анвара Садата, который погиб в 1981 г. от рук боевиков организации «Исламский джихад». В оставленном убийцами документе "Пренебрежение долгом" можно найти теологическое обоснование покушения: бунт против власти является долгом мусульманина в том случае, когда его правитель «отошел от истинного ислама». Большинство исламских религиозных авторитетов считает, что бунт недопустим: ведь «ислам» означает «смирение, послушание».
Вскоре нашлись и такие, как шейх Омар Абдель Рахман, осужденный за попытку взрыва резиденции ООН в Нью-Йорке, который начал войну против западных влияний в арабских странах и вообще против Запада как такового. Наиболее очевидным объектом нападений стали США – не только как сверхдержава в области культуры, экономики и политики, но и как союзник Израиля, этой болезненной занозы в арабском теле.
Бин-Ладен продолжает это движение, обосновывая действия своей организации упомянутой «Декларацией войны против США». В ней он утверждает, среди прочего, что саудовский режим является режимом незаконным, так как он отошел от учения ислама, разрешив американским войскам дислоцироваться на Аравийском полуострове, в священной колыбели мусульманской религии. Сама же Америка – "воплощение Шайтана, который коррумпирует приверженцев Аллаха".
Методы борьбы были также подвергнуты исламской теологической обработке. Нормально мыслящий человек Запада и умеренный мусульманин считают преступным то, что в глазах фанатика совершенно законно. Ислам запрещает самоубийство («интихар») с целью избежать физических или психических страданий. Однако мусульманские теологи отличают такое обыкновенное, «трусливое» самоубийство от мученической смерти во имя религии. «Шахаада» – это сознательный выбор в борьбе за дело ислама, ведущий прямиком в рай.
Другая проблема, также «разъясненная» определенным направлением исламской мысли, – это на первый взгляд труднообъяснимый факт, что среди жертв 11 сентября оказались дети. Этико-правовая система ислама выводит сей факт из коранического догмата о возрасте «ответственности» – так называемом «Мукаллафат». В зависимости от теологической школы этот возраст составляет от 7 до 11 лет. Если жертве больше 11 лет (то есть уже «ответственная» личность) и она не исповедует ислам, значит, жертва сознательно отвергла его; следовательно, она принадлежит к миру неверных и является законной мишенью нападения (все равно будет жариться в аду). Если ребенок еще не достиг возраста ответственности, то, убивая его, оказывают ему услугу, ибо как невинное существо он после смерти окажется в мусульманском раю.
В глазах исламских фундаменталистов к миру неверных принадлежит также огромное число мусульман, фундаменталистами не являющихся. Их смерть во время терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне также оправдана. Если же среди убитых имели несчастье оказаться «истинные» мусульмане (например, ваххабиты или салафиты), то сразу после смерти они отправились в рай рука об руку с мучениками, которые стали причиной их смерти.
Не следует рассчитывать, что жизнь отдельного человека (главная ценность христианского гуманизма) имеет хоть какое-то значение для идеологии человека, который принципиально отвергает все немусульманское как враждебное и подлежащее уничтожению. В этой идеологии нет места гуманистическим ценностям, которые Запад выработал на базе христианства, ибо она имеет целью заменить такие ценности собственной системой.
Существует еще один аспект этой бескомпромиссной, фундаменталистской позиции. Ислам – самая молодая из великих монотеистических религий, а это позволяет его приверженцам сделать логичный, казалось бы, вывод, что эта религия - единственно верный, окончательный знак, данный человеку Богом. Воинствующий ислам утверждает, что его воины не остановятся, пока весь мир не примет их религию. Все, что служит приближению этого будущего, включая джихад, – оправданно.
С 11 сентября раздаются голоса, требующие от Запада – в особенности от Америки, для которой сентябрьские теракты были как бы карой за неправильную внешнюю политику, – чтобы он еще сильнее бил себя в грудь и возместил ущерб за свои прошлые и нынешние грехи. Это возмещение (речь, конечно, главным образом о деньгах) должно, помимо прочего, состоять в выплате Африке компенсации за рабство, в оказании помощи Пакистану в деле обретения Кашмира, а Индии – в деле удержания Кашмира, в прекращении поддержки Израиля, в создании палестинского государства на "святой земле мусульман" Эрец-Исраэль, в уходе с Аравийского полуострова (как святой земли мусульман), в отмене санкций против Ирака, а также в добровольных неограниченных взносах на счета нуждающихся стран бывшего СССР…


Что-то, однако, не слышно о нарушении прав человека в мусульманских странах, о рабстве, в котором черные все еще держат черных в некоторых странах Африки, о расизме в арабских странах, о политическом насилии во многих государствах Третьего мира, о фундаментализме и терроризме. Так что призыв задуматься над собственными ошибками должен быть в самой категоричной форме обращен и к другим цивилизациям - прежде всего арабо-исламской, взрастившей убийственную идеологию Бин-Ладена.
«Тяжелейшая проблема либеральных мусульман состоит в том, что нам нельзя говорить о недостатках ислама», – передает из Германии некий Шариф Лоне в британский еженедельник “The Guardian Weekly” (11–17.10.2001). И продолжает: «Можно нажить серьезные неприятности, если выскажешь мнение, что ислам должен быть реформирован. Если тебя не сотрет в порошок действующий в некоторых странах закон о богохульстве, то прикончат фанатики... Если ислам, эта религия добра, хочет, чтобы его уважали, он должен начать реформы».
Такие голоса исключительно редки. Только тогда, когда умеренных мусульман, разделяющих с Западом определенные ценности, станет больше, мы сможем приблизиться к решению множества проблем, терзающих современный мир.

Сокращенный перевод с польского - Леонид Сокол

в рубрику "Антисемитизм"
на главную

Rambler's Top100 Яндекс цитирования